Первые  рабочие недели 2018 года показали, что алармистские настроения, царившие в российском бизнесе в прошлые годы, постепенно ушли. Благоприятная внешняя конъюнктура, «мантра» властей о росте экономики и инициативы по поддержке социально значимых слоев населения наполняют медиапространство благоприятным фоном.
Посещение прошедшего 16-18 января 2018 года Гайдаровского форума заставило задуматься о том, что «весомого, грубого, зримого» технологического рывка, о котором говорили эксперты и представители власти, пока не ощущается ни в сфере концентрации цифровых технологий в России, ни в сфере их коммерциализации для целей эффективного управления государственной или частной собственностью.
Скорость, с которой в мире развиваются блокчейн, искусственный интеллект, биоинженерия и другие новые конкурентные преимущества, не позволяют пока России противопоставить столь же открытую платформу для конкурентного прыжка в «новую экономику».
Что говорит статистика? Согласно результатам опроса ВЦИОМа, проведенного в самом конце декабря 2017 года, фактические знания россиян о криптовалютах скудны. Из 56% респондентов, которые заявили, что «знают» о биткоине, глубокими познаниями обладают только 13%, еще 14% только слышали этот термин. 34% из «знающих» уверены, что биткоины может купить любой желающий, а 16% заявили о том, что криптовалюты на территории РФ уже запрещены.
Почему же технологические инновации внедряются в России сложно, проходя через «жернова» регулирования или группируясь вокруг самых талантливых и успешных бизнесов и управленцев?
Вероятно, корень проблемы состоит не в отсутствии цифровых инноваций как таковых, а в  гипертрофированной системе их коммерциализации в России. При всех созданных институтах развития и поддержки бизнеса российскому ученому оказывается легче разрабатывать и коммерциализировать инновации за рубежом, благо в России продолжается «охота за головами» и создание для них благоприятной среды в инновационных кластерах, где их изобретения становятся, по сути, достоянием других юрисдикций и конкурентным преимуществам других стран.
Проблема, по моим ощущениям от Гайдаровского форума, до сих пор фокусируется вокруг ментальной инерции, когда генетический код предпринимателя полностью «вытравливался» прежними государственными устоями, отрицавшими право ученого коммерциализировать свое изобретение и получать с него понятную во всем мире выгоду, а не отдавать его «на благо родины». России требуется вновь воссоздать здоровый ген ученого-предпринимателя или предпринимателя-инноватора, над которым не будет давлеть риск потери своего «детища» в угоду государственным нуждам.
Между тем, медиа транслируют усиление контроля за безопасностью. Так предприниматель, запустивший свою платформу, должен быть готов отдать ключевое преимущество своей независимой платформы под нужны государства. Противостояние Павла Дурова и Роскомнадзора в прошлом году стало «лакмусовой бумажкой» для тех, кто пока еще верит в независимость предпринимателя в России.
Новый проект Telegram Open Network — TON - единого платежного чат-окна (наподобие китайскому «we chat») обещает пошатнуть гегемонию государственных банков и институтов в России за счет всем удобного единого сервиса услуг и покупки товаров. Попытки Сбербанка ускоренно перехватить инициативу по цифровизации государственного сектора лишь лишнее подтверждение тому, что ниша независимого платежного окна еще свободна. Время покажет, сможет ли ICO Telegram привлечь средства для построения подобной платформы в России и окажется ли собственник-предприниматель готов открыть для государственных органов код входа в платежное окно для целей безопасности. Тогда у нас, возможно, появится шанс говорить о том, что цифровые предприниматели в России получат достойную ролевую модель для локализации собственных изобретений в России, а не где-то в «теплых местах» зарубежных юрисдикций.

Юрий Праслов, "Деловой Петербург"