Юрий Праслов, директор по маркетингу и корпоративным коммуникациям Ассоциации менеджеров:

Россию все жестче дистанцируют от торговли с цивилизованным миром по политическим причинам. К каким экономическим последствиям это может привести и какие альтернативные ходы может предпринять Россия?

Сырьевые позиции России, подобные алюминию и стали, всегда были высоко конкурентными на мировых рынках. Протекционистские шаги США, блокировавшие сотрудничество с «Русалом», предпринятые в последние дни, уже дали понять, что правила ВТО на этот рынок не распространяются. Ставка в этой торговой войне достаточно высока, так как алюминий занимает вторую позицию в товарной структуре российского экспорта с показателем 1,3 млрд. USD. США, с его 6 млн. тоннами импорта алюминия, отказались от 15% поставок из России. «Русал» одномоментно потерял порядка 20% своего рынка, что вызвало панику на российской бирже.

Пока не идет речи об ограничении европейских рынков, поскольку они слишком зависимы от импортных поставок первоначального алюминиевого сырья. По данным Алюминиевой ассоциации РФ, «в 2017 году потребление алюминия в ЕС составило 7,7 миллиона тонн, в то время как собственные производственные мощности не превышают 2,6 миллиона тонн. Текущий дефицит рынка, который может быть покрыт только за счет импортной продукции, составил 5,1 миллиона тонн». Это, безусловно, спровоцирует рост цен на это сырье, если только Европа не решит сама создать себе и своему автопрому колоссальные проблемы, ограничив сотрудничество с российскими поставщиками в угоду чужим интересам. В условиях перехода к низкоуглеродной экономике Европа будет заинтересована в поставках все большего количества алюминиевого сырья на свои предприятия. Одновременно России, видимо, будет необходимо выходить напрямую на потребителей продукции, минуя глобальных трейдеров, а также увеличивать долю сбыта на внутреннем рынке и рынке СНГ.

Это лишь одно из противостояний, которое уже достаточно ярко обострилось в последние недели. Видимо, Россия не останется без ответных мер и введет ограничения на ряд товарных позиций и услуги американских компаний. Имиджевая составляющая ограничений очевидна. Не совсем очевидна глубина последствий, которые будут иметь предполагаемые меры на отечественном ритейле медикаментов, а также на ряде сырьевых направлений, включая сельское хозяйство. Реально болезненными для США могут стать лишь ограничения в поставках продукции для космической отрасли.

Тем временем, Россия усиливает свои торговые позиции на Ближнем Востоке. До конца мая будет подписано соглашение о формировании зоны свободной торговли с Ираном. И интересы энергетиков, инфраструктурных компаний здесь по понятным причинам высоки. Интерес самого Ирана к сотрудничеству также очевиден: несмотря на снятие ограничений на торговлю, мировые банки не торопятся приходить в эту страну, и здесь торгово-инвестиционный интерес России был бы более чем кстати. Дисбаланс в товарообороте и трудности с получением валютной выручки привели к резкой девальвации риала, что грозит снижением темпов экономического развития исламской республики и росту безработицы.

Что же происходит на фронте уже оформившихся зон свободной торговли, например, в ЗСТ Вьетнамом? По последним данным, рост товарооборота в 2017 году составил 33%. Это позитивные цифры, но абсолютный уровень торговли с этой республикой еще не преодолел отметки 1% от всего уровня российской внешней торговли.

Сильным ходом со стороны России было бы достичь зоны свободной торговли с КНР, но переговорные позиции сторон пока далеки от идеальных. А длительный механизм согласования с другими странами ЕАЭС вряд ли позволит формировать это направление в ближайшей перспективе.

Таким образом, с одной стороны, мировое сообщество все сильнее старается «загнать» Россию в торговую изоляцию, где вектор сотрудничества будет определять фактический спрос запада на российские энергоносители, а российские товары с большей добавленной стоимостью будут подпадать под ограничения. С другой стороны, отдаление от России сыграет не в пользу Запада, так как в долгосрочной перспективе доля товарооборота России с азиатскими и ближневосточными экономическими партнерами будет только возрастать. А интеграция усилий с восточными партнерами не скажется благоприятно на доступности ресурсов для Европы.

Важно не потерять в этом торговом противостоянии рычаги «мягкой силы» и, прежде всего, не ограничивать общение между бизнесом и культурные связи между гражданами наших стран. Включая американское и британское деловые сообщества. В России порою недооценивают их роль, а они являются выразителем позиции бизнеса, которая в случае принятых ограничений может отличаться от официальной и оказывать давление на политиков.

"Деловой Петербург", 17 апреля 2018 года